Благотворительная акция помощи

восстановителям храма в дер. Висимо-Уткинск

 

Рецензия

на монографию Константина Дмитриевича Муратова

«Сущность, значение и правовые последствия выемки

по уголовным делам»

Монография К. Д. Муратова подготовлена на актуальную тему. Аргументирующее это утверждение автора о том, что «производство следственных действий, которое может сопровождаться вторжением в личную жизнь, в экономическую деятельность и ограничением конституционных прав и свобод, должно проходить строго в рамках закона и обеспечения всех прав и законных интересов… Особенно это касается следственных действий, сопровождающихся изъятием предметов, документов (в том числе и на электронных носителях), имущества, персональных данных и др.» не вызывает сомнения. Более того, по нашему мнению выемке как обособленному процессуальному действию, являющемуся средством собирания доказательств, уделяется исключительно мало внимания в отечественной юриспруденции. Часто вузовские учебно-методические комплексы по уголовному процессу, криминалистике лишь касаются выемки, предлагают для изучения единственный вопрос. Это, в свою очередь, является следствием невниманию к данной тематике со стороны представителей юридической науки.

Автором упоминаются исследования, касающиеся отдельных аспектов выемки (Е. М. Девяткиной, С. Н. Черкашина, О. А. Луценко, В. Н. Жадана, А. Т. Валеева, А. А. Бакирова, Р. М. Абдрахманова). При этом необходимо заметить, что К. Д. Муратовым тема рассмотрена в новом, отличном от приведенных авторов, ракурсе. Цели и задачи проведенного автором исследования, его содержание состоит в рассмотрении сущности, значения и правовых последствий выемки по уголовным делам. Работа содержит очевидные элементы новизны, касающиеся историко-правового раздела (диахронического метода исследования, фактически примененного, хотя и не упоминаемого автором), сравнительно-правового раздела, учитывающего нормативного регулирование выемки как в странах СНГ, так и в иных зарубежных странах, рассмотрения вопросов выемки в режиме правовой помощи иностранным государствам и международным организациям.

Изучение представленной в виде рукописи монографии приводит к суждению о том, что в ней использована богатейшая и разнообразная эмпирическая база, которая включает в себя результаты изучения автором судебных постановлений о производстве различных видов выемки, приговоров, анкетирования практических работников нескольких субъектов федерации (судей, прокуроров, следователей), использования автором эмпирических данных иных исследователей. Выборка является репрезентативной, выводы, который делает автором с учетом используемой эмпирической базы, — обоснованны.

Теоретическая база работы образована трудами известных ученых России в области уголовного процесса, криминалистики и иных отраслей (Л. Я. Драпкина, А. А. Давлетова, В. В. Николюка, В. А. Семенцова, С. П. Щербы, С. А. Шейфера и многих др.), вклад которых в юридическую науку общепризнан. Библиография включает более 270 источников. Работа имеет необходимые ссылки на авторов и использованные источники. Теоретическая база — актуальна и достаточна.

Нормативная база диссертации (объектная область исследования) состоит из действующего уголовно-процессуального закона, уголовно-процессуальных кодексов, утративших силу, решений Конституционного суда РФ, Европейского суда по правам человека, постановлений Пленума Верховного суда РФ, приказов генерального прокурора РФ, председателя следственного комитета РФ, международных договоров России, зарубежного законодательства Франции, ФРГ, Китая, Республики Армения, Азербайджанской Республики, Республики Беларусь, Республики Кыргызстан, Республики Казахстан, Латвийской Республики, Литовской Республики, Республики Молдова, Республики Узбекистан, Республики Таджикистан, Украины. Нормативная база включает более 120 источник, полностью соответствует теме исследования и его содержанию.

Методологическая основа диссертации представлена диалектическим, общенаучным, историческим, сравнительно-правовым, социологическим, системно-логическим и др. методами. Использованные методы видятся эффективными для исследования выбранной объектной области работы.

Структура работы основана на авторской концепции, является приемлемой.

Приведенные выше моменты, по нашему мнению, уже составляет положительное содержание монографии. Однако подобного в диссертации — значительно больше, считали бы необходимым выделить следующее.

1) К. Д. Муратов увязал производство выемки с рассмотрением ее последствий. Данный концептуальный подход видится очень правильным.

В общей теории права рассмотрены, а результаты приняты научным сообществом как положительные, проблемы эффективности правовых норм (См., напр.: Кудрявцев В. Н., Никитинский В.И., Самощенко И. С. Эффективность правовых норм. М., 1980; Эффективность действия правовых норм / под ред. А. С. Пашкова, Л. С. Явича, Э. А. Фомина. Ленинград, 1977). Как и все нормы отечественного законодательства регулятивные нормы, присутствующие в уголовно-процессуальном законе, в том числе представленные в ст. 183 УПК РФ (основания и порядок производства выемки), могут раскрывать свою эффективность в их действии, через сформулированные цели и получаемые предусмотренные результаты или, наоборот, через фактические (непредвиденные) результаты.

Однако, конструкция диспозиции норм ч. 2 ст. 183, ч. 3 ст. 183 УПК свидетельствует о том, что производство выемки как процессуального действия и принятия решения о производстве выемки во многом происходит по правилам, аналогичным основаниям и порядку производства обыска (статьи 182, 165 УПК РФ). В этом случае нормативное регулирование доминирующе ориентировано на цели (задачи), порядок производства обыска. Ожидаемые результаты в этом случае связываются так же с обыском, даже тогда, когда речь идет о выемке.

Подобное регулирование — традиционно для отечественного законодателя, было присуще и предыдущему уголовно-процессуальному закону (ст. 170 УПК РСФСР 1960 г.), консервативно поддерживается правосознанием правоприменителей, de visu влечет использование обыска (повышенную степень ограничения прав и свобод) вместо выемки, снижая эффективность существующих норм.

При этом нормативная идея современного законодателя подразумевает обособленность обыска и выемки (оснований и порядка производства), что зафиксировано отдельными статьям 182 и 183 УПК РФ. Авторских подход позволяет, таким образом, далее развить изначально заложенную дифференциацию в нормативном регулировании обыска и выемки, делать это через последствия выемки (полученные результаты ее производства, предопределяющие следующие процессуальные задачи — диалектику уголовного процесса).

2) Автор обращается к регулированию выемки в порядке оказания правовой помощи.

Согласно нормам ч. 2 ст. 453 УПК РФ выемка документов и предметов субъектами уголовно-процессуальной деятельности России по запросам об оказании правовой помощи производится на основе принципа взаимности, подтверждаемом письменными обязательствами Верховного Суда Российской Федерации, Следственного комитета Российской Федерации, Министерства иностранных дел Российской Федерации, Министерства юстиции Российской Федерации, Министерства внутренних дел Российской Федерации, Федеральной службы безопасности Российской Федерации, Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ или Генеральной прокуратурой Российской Федерации. Подобное регулирование оказания правовой помощи от имени Российской Федерации иностранному государству, в том числе в производстве отдельных процессуальных действий — выемок (части 1 и 2 ст. 453 УПК РФ), требует настоятельного рассмотрения в науке, на что автор обратил (и исследовал соответствующие вопросы) внимание.

Регуляторами в этом случае становятся не только нормы уголовно-процессуального закона России (ч. 1 ст. 1 УПК РФ), но и нормы международных договоров России, ее международных соглашений и даже, в случае реализации в данных договорах и соглашениях, — нормы иностранного уголовно-процессуального законодательства.

Доказательства, полученные по запросу российских субъектов уголовного процесса на территории иностранного государства его должностными лицами или направленные в Российскую Федерацию в приложении к поручению об осуществлении уголовного преследования в соответствии с международными договорами Российской Федерации, международными соглашениями или на основе принципа взаимности, заверенные и переданные в установленном порядке, пользуются такой же юридической силой, как если бы они были получены на территории Российской Федерации в полном соответствии с требованиями настоящего Кодекса (ст. 455 УПК РФ). Однако, при этом не исключается коллизия между принципами уголовного процесса, общими условиями производства процессуальных действий, правилами производства выемки документов (предметов) в России и иных государствах. Усиление международного сотрудничества и миграционных процессов, приграничных обменов, глобализации социальной жизни требует унификации и гармонизации российского уголовно-процессуального закона (в том числе касающегося выемки) с международным правом и национальным законодательством различных стран.

Монография К. Д. Муратова, в связи с этим, является примером для ученых России, обращающих свое внимание на производство процессуальных действий, а выбранный автором ракурс и акценты — важны для многих исследователей.

3) Автор выделяет особое внимание выемке компьютерных устройств, что так же необходимо поддержать в научных исследованиях.

Сегодня множество документов не имеют традиционной «бумажной» основы. Отражение действий, фиксирование результатов и фактов посредством компьютерных программ все более и более требует отхода от консервативных традиций собирания доказательств (осуществления процессуальных действий в досудебном производстве), формируют вызовы науке уголовного процесса, равные и соответствующие цифровому характеру современной жизни.

4) Рассмотрение сущности, содержания и правовых последствий выемки производится автором с учетом защиты прав, свобод и законных интересов физических и юридических лиц, зафиксированных в различных нормативных актах. При этом автор приводит ряд негативных примеров из практики, в которых выемка и последующее движения изъятых предметов и документов, причиняло существенный вред физическим или юридическим лицам, не обеспечивая при этом и интересов производства по уголовному делу.

5) Автором сделаны многочисленные, системные предложения по изменению уголовно-процессуального закона, несомненно, образующих смысл любого монографического исследования по уголовному процессу.

При этом научная работа К. Д. Муратова, при взгляде с субъективной точки зрения рецензента, может иметь ряд дискуссионных положений, по которым можно высказать замечания, или обратить членов научного сообщества, но для этого она должна быть опубликована.

Представленная для рецензирования монография, безусловно, содержит решение сформулированных в ней задач, имеющих существенное значения для отечественной науки уголовного процесса, практики уголовного судопроизводства. Автором сделаны конкретные и многочисленные предложения изменений в уголовно-процессуальный закон.

Монография выполнена автором самостоятельно (опубликован ряд работ в соответствии с предъявляемыми к ним требованиями, успешно защищена диссертация), обладает внутренним единством, содержит новые научные результаты и положения, свидетельствует о личном вкладе автора в науку уголовного процесса.

Считаю, что монография Константина Дмитриевича Муратова подлежит публикации, вызовет интерес среди представителей российского научного сообщества и юристов-практиков.

Рецензент, преподаватель кафедры криминалистики УрГЮА,

кандидат юридических наук                                        Л. А. Зашляпин

 

 

 

 

Подпись Л. А. Зашляпина удостоверяю.

Помощник проректора УрГЮА по научной работе И. А. Жилко